«Старик и море» Хемингуэя и «Превращение» Кафки: сопоставительный анализ

Существуют такие произведения, чтение которых не может оставить равнодушным, глубокий смысл которых доходит до читателя не сразу после прочтения. Эти творения талантливых авторов буквально нашпигованы символическими образами… Именно такая литература составляет золотой фонд, именно такие авторы, загадочные и притягательные, всегда будут востребованы. В одном из интервью Э. Хемингуэй сравнил писателя с колодцем: «И разных писателей столько же, сколько разных колодцев. Самое важное, чтобы в колодце всегда была хорошая вода, и лучше черпать ееумеренно, а не выкачивать колодец досуха и ждать, когда он снова наполнится. Каждый писатель должен создавать нечто такое, что имело бы непреходящую ценность, и отдавать этому все время без остатка, если даже за письменным столом он проводит несколько часов в день». Выражаясь языком символов, в своей работе я попытаюсь попробовать воду из колодцев творчества Ф. Кафки и Э. Хемингуэя и сравнить её на вкус. Хемингуэй-американец, Кафка — австрийский писатель. Два таких разных на первый взгляд произведения — «Старик и море» и «Превращение». Один из мотивов творчества Хемингуэя — человек и его неизбывное одиночество перед лицом враждебного социума. Мотив разрыва с обществом проходит и через всё творчество Кафки. У Кафки в «Превращении» Грегор становится насекомым. Это — аллегория оторванности от социума, неприспособленности к нему, обречённости. Но действительно ли в реальности рассказа имело место превращение? Возможно, это лишь галлюцинация героя. Герой Кафки — без вины виноватый, жалкий неудачник, непригодный к жизни. «Сперва он хотел выбраться из постели нижней частью своего туловища, но эта нижняя часть, которой он, кстати, ещё не видел, да и не мог представить себе, оказалась малоподвижной; дело шло медленно» — настолько трудно герою Кафки. Тело не слушается его, оно воспринимается как внешнее препятствие, едва ли преодолимое, а физическая среда — как чуждое, враждебное пространство. Человеку-насекомому непросто перевернуться со спины на ножки, пролезть в узкую дверную створку. Прихожая и кухня становятся для него почти недосягаемыми. Но вскоре герой смиряется со своим положением и обликом — панцирно-твёрдой спиной, выпуклым чешуйчатым животом и убогими тонкими ножками. В рассказе Хемингуэя читаем: «Старик чувствовал, как сильно, не ослабевая, тянет большая рыба, а левую руку у него совсем свело. Она судорожно сжимала тяжелую веревку, и старик поглядел на нее с отвращением: — Ну что это за рука, ей-богу! — сказал он. Ладно, затекай, если уж так хочешь. Превращайся в птичью лапу, тебе это все равно не поможет». Как видим, никакого смирения, борьба до конца: «Тяните! — приказывал он своим рукам. — Держите меня, ноги! Послужи мне еще, голова! Приведи свои мысли в порядок, чтобы я мог переносить страдания как человек. Работай, голова, говорят тебе». Главные слова — «как человек»! А герой Кафки смиряется. Грегор — человек-насекомое — подавлен не только своим состоянием, но и теми неудобствами, которые он причиняет другим людям. Тихо и незаметно он заставляет себя умереть от голода. И его смерть все окружающие воспринимают как избавление от тягостных неприятностей. Превращение в насекомое — это лишь гипербола обычного человеческого состояния. Сантьяго у Хемингуэя тоже смиряется со своей бедностью: «Он был слишком простодушен, чтобы задуматься о том, когда пришло к нему смирение. Но он знал, что смирение пришло, не принеся с собой ни позора, ни утраты человеческого достоинства». Но когда приходит время настоящей борьбы, это герой с удивительной силой ощущает свою принадлежность целому миру. Он одухотворяет окружающее, и тысячи нитей связывают его с морем, птицами, рыбами, людьми — всем, живущим вечно. Жизнь — борьба: «Человек не для того создан, чтобы терпеть поражение». Грибанов в статье «Человека победить нельзя» пишет о том, что в старике Хемингуэй наконец-то нашел того гармоничного героя, которого искал всю свою писательскую жизнь. По мнению литературоведа, старик «не ищет спасения в природе, он принадлежит ей. Он не только прожил свою долгую жизнь в единении с природой, с морем — он частица этого мира природы». В Сантьяго гармонично сочетается смирение и гордость, он точно знает, зачем родился на свет. Изначально предрешенное поражение личности в истории и её несомненный триумф, достигаемый в ходе самоопределения, — лишь часть образа героя, развивающегося в повести в теснейшей связи с другими персонажами: морем, гигантской меч-рыбой, хищными акулами. У Кафки герой не получил этого самоопределения. Даже после того, что с ним случилось, Грегор продолжает мучаться прежними страхами — как бы не опоздать на поезд, не потерять работу, не просрочить платежи по семейным долгам. Человек-насекомое долго ещё беспокоится, как бы не прогневить управляющего фирмы, как бы не огорчить отца, мать, сестру. Но в таком случае — какое же мощное давление социума испытывал он в своей былой жизни! Мало того, что общество воздействует на человека извне: «И почему Грегору суждено было служить в фирме, где малейший промах вызывал сразу самые тяжкие подозрения?» Оно ещё внушает чувство вины, воздействующее изнутри: «Разве её служащие были все как один прохвосты, разве среди них не было надёжного и преданного человека, который, хоть он и не отдал делу несколько утренних часов, совсем обезумел от угрызений совести и просто не в состоянии покинуть постель?» Под этим двойным прессом человек не может жить нормально. Ему только и остаётся стать жучком, незаметной букашкой и так освободиться от бремени общественных обязанностей и повинностей. Сантьяго же говорит: «Человек не для того создан, чтобы терпеть поражение. Человека можно уничтожить, но его нельзя победить». И он сражается с враждебным обществом — акулами. Эльшевич утверждает, что, «Старик и море» — книга о вечном и неравном поединке Человека с Жизнью. Человек одинок и изолирован от истории и общественных связей, но при этом он земной и индивидуально неповторим. Жизнь же истолковывается критиком как судьба, рок, как проявление стихийных сил природы, но, в то же время, показывается во всей полноте реалистической детализации. По мнению литературоведа, повесть о старике и море при всей трагичности лишена настроений тоски и безысходности. Главная ее цель — показать, «на что способен человек и что он может вынести». Поражение старика, в конечном счете, оборачивается его моральной победой, победой человеческого духа над превратностями судьбы. А как складываются отношения с близкими? У Кафки отец с самого начала проявляет враждебность по отношению к Грегору, мать — растеряна, сестра Грета — старается проявить участие. Но это различие реакций оказывается мнимым: в конце концов, семья объединяется в общей ненависти к уродцу, в общем желании избавиться от него. У Сантьяго же есть близкий человек — мальчик, который верен ему, поддерживает, когда море и акулы отняли у старика заветную рыбу. У Хемингуэя мы находим проявление душевной силы человека, немощного физически. Главная мысль автора — ни при каких обстоятельствах нельзя падать духом, всегда надо оставаться человеком, будучи даже побежденным. У Кафки же Грегор думал об обществе, но не пытался спасти себя. А нужно было только поверить! Сама борьба со злым роком — уже победа, хотя бы над самим собой. И в этом основа образа рыбака Сантьяго — «последнего из непобежденных» в творчестве Хемингуэя". Итак, оказавшись в сходных обстоятельствах, герои действовали принципиально различно. И каждый получил своё.

Share

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *